1936 год стал переломным для СССР, закрепив переход к «победившему социализму» и одновременно дав старт самому мрачному периоду репрессий. В августе прошел суд над «Троцкистско-зиновьевским террористическим центром»: Зиновьев, Каменев и другие бывшие лидеры партии были приговорены к расстрелу, что ознаменовало начало «Большого террора». В сентябре уже знакомый нам филателист Ягода был снят со своей высокой должности; через два года он успешно пройдет темным коридором вслед за своими жертвами. НКВД возглавил Николай Ежов, сходу резко крутнув маховик мрачной жути. 5 декабря 1936 года VIII Чрезвычайный Съезд Советов утвердил новую «сталинскую» конституцию СССР, декларировавшую победу социализма, всеобщее, равное и прямое избирательное право при тайном голосовании, а также широкие демократические права: свободу слова, печати, собраний, право на труд, отдых и бесплатное образование. В связи с принятием Конституции изменилась и структура СССР. ЗСФСР была разделена на три республики (Азербайджанскую, Армянскую и Грузинскую), а Казахская и Киргизская автономии получили статус союзных республик. В 1936 году было принято постановление, запрещающее аборты и усложняющее процедуру развода, что объяснялось необходимостью борьбы с «легкомысленным отношением к семье». В этом же году была создана киностудия «Союзмультфильм». В филателии год был совершенно провальный, всего три серии увидели свет: "Поможем почте", три марки четвертого стандарта и Добролюбов. Упоминания стоит только один художник только одной работы - синенького портрета Ленина в четвертом стандартном выпуске марок СССР.

Альфред Рудольфович Эберлинг – художник с довольно интересной и мистической судьбой. Будучи по происхождению немецким мещанином из Польши, умудрился сделать отличную карьеру сразу при двух общественных формациях. В дореволюционном Петербурге он был известен тем, что работал портретистом при дворе Николая II, и эту должность ему предложил сам придворный художник Валентин Серов, покинувший пост после событий кровавого января 1905 года. Очевидно, Эберлингу позировал сам император, члены царской семьи, великие князья, приближенные и весь столичный бомонд того времени, включая императорских любимиц, балерин Карсавиной, Кшесинской и Павловой. Рок придворного живописца преследовал художника и в советской реальности, сделав его живописцем уже новой, большевистской номенклатуры. В 1924 Эберлинг выигрывает конкурс на лучший портрет Ленина, обойдя таких признанных коллег, как Кустодиев и Анненков. Выбор победителя тем более странен, что Эберлинг не имел возможности рисовать Владимира Ильича с натуры и видел его, выступавшего с балкона Дворца Кшесинской, лишь однажды. Фортуна неизменно благоволила благородному поляку, Альфреда Рудольфовича рекомендовали самые первые лица русской художественной элиты, включая Грабаря и Бродского, а заказы при любой власти сыпались как из рога изобилия. По запросам Гознака художник исполнил портреты Маркса, Ленина, Сталина, Рыкова, Молотова, Кагановича, Калинина для воспроизведения массовыми тиражами. Тогдашний руководитель Гознака, Трифон Теймуразович Енукидзе откровенно симпатизировал художнику, предпочитая его работы работам коллег по цеху, даже очень именитых.
Конкурсный портрет Ленина работы Эберлинга смог пройти через коллективное сознание советского народа: его использовали на денежных знаках образца 1937 года. Образ вождя, созданный художником настолько пришелся по душе руководству, что был использован потом и на новых купюрах образца 1947 и 1957 года, но уже в качестве водяного знака. Эберлинга часто приглашали в Москву, селили в лучшие столичные гостинцы; он был богат, окружен заботой, у него появилось множество учеников и поклонников. Холодное дыхание сталинской жути вообще его не коснулось: Альфред Рудольфович тихо скончался в Ленинграде на восьмидесятом году жизни благородным красивым стариком, не оставив после себя потомков. Его произведения до сих пор экспонируются даже в Русском музее; какой-то невероятно сильный польский ангел хранил Эберлинга всю его жизнь.